Грамотность – это культура

КРАСНАЯ ИСКРА

17-01-2008 N 3 (15990)

Грамотность – это культура
Минувший год был объявлен годом русского языка. Во всём мире прошли многочисленные мероприятия, доказывающие, что наш язык, действительно, великий и могучий; его ценят во многих странах, его красотой и благозвучием восхищаются те, кому он абсолютно непонятен. Нет такой страны, где не читали бы Пушкина, Толстого, Достоевского...

Сколько гордости должно быть у нас: ведь язык этих всемирно известных писателей – наш язык. Почему же мы, мы – русские, так варварски относимся к данному нам богатству? Почему не ценим, не бережём эти «драгоценные камни, которые излучают таинственный блеск» (так К. Паустовский назвал русские слова)?
И вполне понятно и близко мне негодование и возмущение Евгения Денисова, опубликовавшего в газете свою статью «Загляну-ка в словарь». От государственных деятелей, с экранов телевизоров и по радио, от тех, кто называет себя «знатоками русского языка», слышатся слова, которые заставляют невольно хмуриться, «морщиться, как от зубной боли» (как подметил Денисов) и уже не вникать в дальнейшее содержание. Я, признаюсь, тоже далеко не идеально владею родным языком и, к моему стыду, хромает моя речевая грамотность. Но всё же режет слух, когда произносят, казалось бы, элементарные слова, с правильным произношением которых знакомятся ещё в школе: бЫла, звОнит, ихНИЕ, услышавШЕ, приехавШЕ, килОметр, углУбить...
«Слово не стрела, а разит», – пишет Евгений Денисов. Это уж точно. И больно, понятное дело, не стрелку, а поражённому. Больно за то, что «не бережём то, что имеем». А как бы не пришлось плакать, ведь мы же, действительно, теряем, теряем «тот таинственный блеск», о котором писал Паустовский, ту мелодичность, образность и выразительность, присущую литературному языку. Мы стали обращаться со словом, как с игрушкой: можно сломать (как раз об этом и пишет Денисов), а можно вообще выбросить и заменить другой: вредной, пустой, ненужной, нескладной, убогой... Это я, конечно, о ненормативной лексике. Вот уж, действительно, игрушки, которые я бы сравнила с современными компьютерными «стрелялками» – пользы никакой, только вред, а оторваться невозможно, и для окружающих крайне заразительно.
В последнее время сквернословие уж до того расплодилось, что его можно назвать нашим вторым языком. Без всякого стыда и стеснения многие признаются: «без крепкого словца в разговоре не обойтись», «это по-русски»... Вот и слышится нецензурная лексика везде и всюду: дома, на работе, на улице, в магазине, больнице и даже школе и детском саду. А у меня в голове не укладывается: что значит «по-русски»? То есть, если мы грамотно и культурно будем выражаться – значит уже не на своем, не на родном?! Да разве ж за мат наш язык назван «великим и могучим»? Разве за эти короткие, бессмысленные слова гордимся мы своим национальным достоянием?
Я, конечно, понимаю, что нецензурные слова многие произносят от неграмотности, оттого, что не знают: что сказать и как сказать, как по-другому объяснить... Жалко их... И даже можно понять, но не всех. Вот старики, например. Некогда им было учиться – работать надо было, семью кормить, а еще и война... Сколько нервов у них потрачено?! В какой среде они росли? Что читали? Как развивались? С кем общались? Откуда им знать, как грамотно говорить; как понятно, но культурно что-то объяснить? Но ведь таких единицы, да их разговор и нельзя назвать нецензурной бранью. Какая же это брань? Просто по-другому не могут сказать. Не было бы большой беды, если б только они. Но ведь дети, молодёжь, солидные люди... все ругаются... Сквернословие превратилось, действительно, в порок. И, как сказала очень уважаемая мною учительница Морозова Елена Васильевна (сейчас она учитель русской словесности в педагогическом колледже), «панацеи здесь нет». Не искоренить этот порок. Но удивительно, что и государство мало об этом заботится. Ведь в новом Кодексе об административных правонарушениях нецензурная брань не расценивается как нарушение общественного порядка, за исключением оскорблений в адрес конкретной личности. Хотя, в конце концов, не от государства зависит, «на каком языке» мы разговариваем. И каждый человек, по большому счёту, сам определяет для себя, по каким принципам ему жить.
Наталья Бурлакова.