Дворянская кровь

КРАСНАЯ ИСКРА

25-10-2007 N 43 (15978)

Дворянская кровь
ЛАВРЕНТЬЕВА (ШАВЕРНОВСКАЯ) Тамара Олеговна, 25.05.1926 г., урож. Д. Никулкино Мошенского района, из дворян. Дочь репрессированного, Шаверновский О.Е. 14.01.1938 г. расстрелян в г. Боровичи. Реабилитирована 16.11.2001 г. прокуратурой Новгородской области. (Из «Книги Памяти»).

– Мой дедушка, Евгений Фёдорович Шаверновский, был то ли полковник, то ли подполковник, не буду врать, знаю только, что одно время работал инспектором по школам в городе Боровичи. Семья его была дворянских корней, большая и дружная. У дедушки было пять сыновей и три дочери. Вот они все на фотографии, – Тамара Олеговна, показывает на снимок в рамке, который занимает центральное место в комнате.
Отец Тамары Олеговны – Олег Евгеньевич, человек по тем временам весьма образованный (закончил десятилетнее обучение в Боровичском реальном училище) вместе с женой, дочкой игуменьи Дарьей Федосеевной, проживал в усадьбе Петрово Мошенского района. Усадьба как усадьба, ничем особенным от других не отличалась, но её у отца вместе со всем имуществом отобрали и приспособили под школу, а его самого с семьёй выставили на улицу. Тамаре исполнилось пять лет. Оседлав двух лошадей, погрузив на них нехитрые пожитки, семья Шаверновских в составе отца, матери, дочерей Зои, Тамары и Евгении подалась в Боровичи, к папиной сестре тёте Оле. Она снимала жильё в доме на улице Льва Толстого, там сначала и нашли приют.
Немного пообжившись на новом месте, отец задумал обзавестись собственным домом. Для этого продал всё оставшееся богатство – золотые серьги жены и дочерей, позолоченную икону и на вырученные деньги приобрёл шедший под снос дом, что стоял на месте известного ныне 44-го магазина на улице Ленинградской. Перевозить строение отцу помогал его старший брат дядя Юра и муж тёти Оли, эстонец по национальности, Оскар Юрьевич. Только поставили на Сенной в 1937 году дом, как нагрянула новая беда.
Вот уже семьдесят лет прошло, но не вытравить из памяти горечь и обиду той ночи. В два часа к дому подкатил «чёрный ворон», из него вышли сотрудники НКВД и, предъявив ордер на арест отца, перевернули в доме всё буквально вверх дном. Погром устроили ужасный: заглянули во все шкафы и ящики, перетряхнули книги, журналы «Нива», семейные фотографии… Сестрёнки с ужасом смотрели на всё происходящее. Тамара держала в руках новенькие валеночки, боясь пошевелиться и надеть их на ноги. Ночные гости выхватили обувку из детских ручонок и вместе с другими вещами бросили их в мешок, который вскоре погрузили в машину. Туда же они впихнули и отца, которого семья больше никогда уже не видела. Как потом стало известно, через месяц и двадцать дней его расстреляли. Вся его вина состояла в том, что он… был выходцем из дворян.
– Ночь мы кое-как скоротали на промерзшей ноябрьской улице, а днём пошли, кто куда, но к вечеру собрались вместе, спасибо соседке тёте Мане, приютила на несколько дней. Так и ходили по миру: кто что подаст, тому и рады, – вспоминает Тамара Олеговна.
Тамара Олеговна одна из тех русских женщин, которые, как сказал Н.А. Некрасов, коня на скаку остановят, в горящую избу войдут. Считает, что родилась в рубашке, и стойко, с гордо поднятой головой идёт по жизненной дороге, превозмогая трудности. А они постоянно встречались на её пути – голод, непосильная работа для девушки в войну, смерть любимого мужа Филиппа Сергеевича, онкологическая болезнь, унёсшая сына Александра, в последние годы глубоко переживает, молится за сыночка Сергея, перенесшего сложную операцию на сердце.
До ухода на пенсию, товарки частенько говорили: «Томка, ты не ходишь по земле, а летаешь!». Везде успевала: и на работе тон задавала, и дом исправно вела. Ей бы впору отдохнуть от трудов праведных – как-никак возраст приличный. А она, как привыкла в типографии всю себя сполна отдавать работе, так и продолжает трудиться. Ради детей, трёх внуков и пяти внучек.
Накануне нашего прихода Тамара Олеговна чуть не весь день копошилась в огороде. Осенью там полно забот. Перекопать грядки, подготовить их к весне, посадить озимый чеснок, луковицы тюльпанов и прочее. Много забот с обильным нынче урожаем яблок – плоды надо посушить, компотов в банки закатать. Вот и вертится день-деньской, ко сну отходит часа в два-три ночи. Бессонница, говорит, проклятая замучила, лучшее от неё лекарство, по мнению Тамары Олеговны, чтение. Не заснёт, пока новые номера газет или книжку не перелистает.
Татьяна Солдатова.