По ту сторону войны

КРАСНАЯ ИСКРА

21-06-2007 N 25 (15960)

По ту сторону войны
День, когда разбомбили поезд с эвакуированными из Ленинграда детьми на печально известной железнодорожной станции Лычково, для Анны Яковлевны Бабуриной стал тем моментом истины, когда отчётливо поняла: много горя придётся хлебнуть, до победных маршей ещё далеко.

Двенадцать вагонов, переполненных детьми, в считанные минуты были разорваны, расплющены, подняты на дыбы. Всей деревней, старики да малые, побежали к станции, где дымилось то, что осталось от поезда. Первое, что бросилось Аннушке в глаза, – забрызганный кровью плюшевый мишка, который зацепился за ветку сосны и бусинкой-глазом печально смотрел на останки растерзанных детских тел. И – неестественная тишина. Несколько минут, словно окаменелые, смотрели все на чудовищную картину смерти. Из оцепенения вывел истошный крик бабушки Кати, сухонькими кулачками грозившей куда-то в небо: “Что же вы делаете, ироды?!”.
То был далёкий август 41-го. В живых из всего состава осталось не более тридцати ребятишек. А немного спустя в деревню Выдерко пришли немцы. Вели они себя более чем бесцеремонно: из домов всех повыгоняли, а молодёжь отправили на работу в Германию. Три с половиной года Аннушка жила в одной немецкой семье: доила коров, убиралась во дворе. И в то же время считает, что ей в какой-то степени даже повезло: хотя и работала, не расклоняясь, от зари до зари, обращались с ней хозяева сносно. Но все мысли были в далёкой России: доведётся ли когда вернуться и ступить на порог родного дома, вдохнуть запах распустившейся сирени, которая так буйно цвела в сорок первом…
В конце войны, когда наши войска уже ступили на территорию Германии, у Аннушки появилась возможность вернуться на родину. Где пешком, где, если повезёт, на машине или на подводе, вернулась она в родное Выдерко. От некогда большой и красивой деревни уцелели лишь несколько изб. Печальное зрелище представляли поросшие бурьяном и крапивой пепелища. И трудно было даже представить, где чей дом стоял, да кто в том доме жил.
Поплакала Аннушка над родным пепелищем и уехала – вначале в Эстонию, а затем попала в Латвию: прослышала, что по хуторам зажиточные хозяева охотно берут русских на работу. И снова за скотом ухаживала, коров доила. Всеми силами старалась забыться и не думать о том, что стало с её родными, что ожидает в будущем. А память снова и снова настойчиво возвращала то к запаху праздничных ватрушек в родительском доме, то к плюшевому мишке, забрызганному кровью…
Потом было замужество. Она вышла за боевого офицера, который после Победы ещё какое-то время служил в Латвии. Через три года после окончания войны они с мужем переедут в деревню Ровное, к его родителям, чтобы начать новую жизнь. Уже без войны.
Раиса АЛЕКСЕЕВА.