Рик Марси Места, где властвует природа

КРАСНАЯ ИСКРА

10-05-2007 N 19 (15954)

Рик Марси Места, где властвует природа
Мы разбили лагерь на берегу Мсты в 25 милях вверх по течению от Боровичей. Наши палатки стоят в лесу среди сосен, елей и берез. Сквозь деревья виднеются река и надувные плоты, на которых завтра нам предстоит плыть.

Тихий вечер. В неподвижных листьях белоствольных берёз косые солнечные лучи играют зайчиками. На фоне тёмно-синего неба листья кажутся чёрными. Над рекой кружатся черноголовые чайки. Хочется окунуться в воду: погода жаркая, а позади длинный путь.
Мы раздеваемся на лугу и по мягкой траве спускаемся к реке. Широкая тёмная река выглядит спокойной. Но я уже знаю Мсту. Наше завтрашнее путешествие покажет множество пенных порогов с пугающими валунами и течение, с которым не справиться пловцу. Но сейчас я смело вхожу в воду, пробираюсь сквозь толстые листья кувшинок и ныряю в чистое открытое пространство. Вода прохладная, но не слишком холодная.
Вода очень чистая, и это мое предположение могли бы подтвердить лабораторные анализы. Вверх и вниз по реке, насколько хватает взора – лесной пейзаж. Перебирая в памяти дорогу сюда, я вспоминаю, что человеческое присутствие чувствовалось только по нескольким маленьким деревенькам с десятью-двадцатью деревянными домами. На полях виднелись стога сена, встречались участки, засаженные картофелем. Химических удобрений в этих сельских хозяйствах не применяют – только навоз и долгие часы тяжелого труда. Использование пестицидов – неслыханное явление в деревнях. Если на растениях появляются какие-нибудь жучки, их собирают и уничтожают.
Я плыву против течения, с трудом преодолевая его. Затем разворачиваюсь назад и позволяю Мсте нести меня. Рядом – мои друзья. Впереди у нас костёр, гитара, песни, которые продолжатся до той поры, пока ночь не перейдет в утро.
Настоящая темнота наступает только к полуночи. К рассвету, который начинается около трёх часов утра, десятеро из нас разбредаются по палаткам, а пятеро остаются у огня и наблюдают сквозь нависшие ветки сосен, как медленно проясняются небеса…
На следующий день жаркое солнце вновь разливается ярким светом над рекой. Мы плывём к Боровичам. Время от времени кто-то прыгает в воду, подплывает к другим плотам, чтобы обрызгать в них сидящих, или несётся вместе с потоком. Два вида декораций преобладают в береговых пейзажах: девственные леса и патриархальные деревни – с огородами, словно хвастающимися своей пышностью, с переулками, где нет автомобилей.
Загрязнение окружающей среды? Если оно здесь и есть, то хорошо скрыто. Мир, кажется, гармонирует с силами природы и управляется ими. Это обширное пространство удалено от больших городов, здесь природа всё ещё доминирует над всем окружающим, и люди всё ещё преклоняются перед её властью.
Проходя по этой земле, я наслаждался пышными полевыми цветами, собирал грибы на моховых коврах лесов, вдалеке от звуков человеческого голоса, и плавал по широким, до пяти миль шириной, озерам, на берегах которых не было никакого жилья. Я собирал сочную дикую землянику, ел за ужином только что пойманную щуку и наслаждался одними восхитительным дарами природы за другими.
Как-то ночью в маленькой деревеньке я вышел из дома на улицу. Было тихо. Спали обожжённые солнцем местные жители, возвратившиеся с полей, где они весь день косили косами сено и укладывали его в 15-футовые стога. Не слышно было даже кудахтанья кур. Я стоял и ничего не слышал. Абсолютная тишина. «Зимой, в ясную погоду, звезды здесь такие, что дух захватывает», – сказал хозяин дома.
Во время моего пребывания в России я встретил немало людей, которые отлично знают природу. Они знают, какие грибы можно есть, какие ягоды брать, какие растения имеют лекарственные свойства. Многие из них – отличные туристы, рыбаки, строители деревянных домов. Их знание природы делает среднего американца бледным по сравнению с ними.
Представление о России, как о стране, где всё отравлено преступлениями против природы, одно из обманных. Если бы я не видел собственными глазами необъятность российской сельской местности, не разбивал лагерь у древних озер, не нырял с головой в холодные воды Мсты, уверен, что я многое бы потерял.
Теперь я знаю, что на каждый загрязненный участок в России приходятся миллионы акров участков из тех, что мне довелось наблюдать. И всё ещё существуют миллионы русских, для которых жизнь и наслаждение природой значат больше, чем материальное богатство. Эта неиспорченная земля и эти открытые русские люди – есть то, что заставляет меня думать с надеждой о будущем.
1993 год.
Перевод Николая Ражева.